Светлана Самойлова (Анищенко)

В нашем шоу-бизнесе есть одна странная, почти семейная привычка, о которой не принято говорить вслух. Можно годами терпеть на экране людей без голоса, без дыхания и без внутреннего содержания, если они давно «свои» и вписаны в систему. Но стоит появиться человеку не из обоймы, без поклонов и закулисных договорённостей, как начинается нервный зуд. И вот тогда наружу лезет всё, что копилось годами. Именно это сейчас происходит с SHAMANом, он же Ярослав Дронов. Парень, который не просто поёт, а работает голосом так, что зал встаёт без команды, оказался костью в горле у так называемой «старой гвардии». Я это вижу как человек, который варится в артистической среде и слишком хорошо знает, как там устроены лифты и ловушки. Когда песни «Встанем» и «Я русский» начали жить собственной жизнью, когда их запели не по указке, а по зову сердца, многим стало не по себе. Потому что всенародная любовь не спрашивает разрешения. Она либо есть, либо её нет. И именно это бесит сильнее всего. В роли главно

Знаете, что общего у американца, немца и японца, впервые приехавших в Россию? Все трое в первый же день звонят домой и говорят одно: «Мама, здесь все не так, как в фильмах. Здесь гораздо СТРАННЕЕ». Они готовились увидеть балалайки, медведей и водку. А столкнулись с чем-то более шокирующим — с обычной русской квартирой и нашими повседневными привычками. Марк из Канады прожил в Москве три месяца. Вернулся домой с травмированной психикой и фразой: «Я больше не понимаю, что нормально, а что нет». Давайте посмотрим на себя глазами иностранцев. Предупреждаем: будет больно. 1. Снимать обувь = священный ритуал Первый культурный шок случается прямо на пороге. Марк рассказывал: — Я пришел к русскому другу в гости. Открыл дверь, зашел внутрь в ботинках. Он посмотрел на меня так, будто я убил его кота. Потом тихо сказал: «Разуйся». — И что ты сделал? — Разулся. А потом он достал мне ТАПОЧКИ. Специальные гостевые тапочки! У него было пять пар тапочек! Для гостей! В Америке, Канаде, большинстве евр