Василий и Вера Ляпуновы

Врач сказал это вскользь. Не со зла — просто уточнял. — Первая группа у папы? — переспросил он, глядя на бланк. — Странно. У Маши третья. При первой у обоих родителей третья не получается. Я не сразу понял. Переспросил. Он объяснил ещё раз — терпеливо, как объясняют людям, которые не слышат с первого раза. Маша сидела рядом на кушетке и болтала ногами. Ей было семь. На коленях — красный рюкзак с зайцем. Она ждала, когда можно будет идти за мороженым. Я ей обещал. Мы пошли за мороженым. Я молчал всю дорогу. Она болтала. Я кивал — не слышал. Сорок два года. Из них восемь — отец. Я не из тех, кто проверяет телефоны. Не читал переписки. Не следил. Настя говорила: «Ты единственный мужчина, которому я доверяю полностью». Я принимал это как комплимент. Мы познакомились в 2015-м. Она была яркой, громкой, смеялась на весь зал. Я думал — вот человек, который знает как надо жить. Через год поженились. Ещё через два — Маша. Восемь лет я менял подгузники, делал уроки, читал сказки про зайца и лисиц