Татьяна Чудакова

Артём Сергеев, сын погибшего революционера Артёма, воспитывался в семье Сталина. Он вспоминал: Иосиф Виссарионович Сталин читал много книг, но ещё больше просматривал с карандашом в руках. Книги были везде, они даже горой лежали у входа в его кабинет. За ночь он просматривал до 500 страниц текста. Часто был недоволен прочитанным, если оно не отвечало его внутреннему состоянию. Черкал на полях: "Враньё!", "Полная галиматья!". Важные места отчёркивал, в понравившихся делал закладки. Удивительно, но он помнил многое из того, что попадалось ему на глаза. Большую часть библиотеки занимали труды по военному делу и воспоминания полководцев: Клаузевиц, Наполеон, Суворов, Драгомиров. На особом счету были книги о Пушкине, Толстом, Анненкове, Сухово-Кобылине и других замечательных людях. Были и мемуары Деникина, Краснова и Федора Шаляпина — вождь чутко держал руку на пульсе русской мысли за рубежом. Сталин с удовольствием цитировал Салтыкова-Щедрина, Гоголя, Чехова, приводил цитаты из книги "Гарг

Мартовской ночью 1953 года, когда страна ещё не знала, что лишилась правителя, на Ближней даче в Волынском четверо сотрудников госбезопасности занимались рутинной бюрократической процедурой. Они составляли опись. Комендант дачи Орлов, старший прикреплённый Старостин, помощник Туков и сотрудник Бутусова пересчитывали личные вещи человека, который почти тридцать лет возглавлял советское государство. Часы показывали 22:30. Через два с лишним часа, в 0:45 уже 6 марта, они поставят подписи под документом, который потом назовут финальным аккордом сталинской эпохи. Никаких сейфов с золотом и драгоценностями. Никаких тайных счетов. Только стоптанные сапоги, прохудившаяся шинель, пять курительных трубок и сберегательная книжка. Сумма, выведенная чернилами на этой книжке, составляла ровно 900 рублей. Вот о чём думаешь, когда смотришь на эту цифру. 900 рублей в ценах 1953 года. Что это были за деньги? Буханка белого хлеба стоила два рубля пятьдесят копеек. Бутылка пива — три рубля. Пара новых хро