Олег Олег

Определить, где заканчивается Млечный Путь, непросто — у диска Галактики нет резкого края. И тем не менее международная группа астрофизиков сделала это, установив границу зоны активного зведообразования. Своими расчетами они поделились на страницах журнала Astronomy & Astrophysics. Из них следует, что основная масса звезд в Галактике рождается в пределах 40 000 световых лет от ее центра. «Вопрос о том, где заканчивается звездообразующий диск Млечного Пути, долго оставался открытым в галактической археологии. Мы картировали звезды по их расположению и возрасту — и получили наконец четкий количественный ответ», — говорит астрофизик Карл Фитени из Университета Инсубрии, ведущий автор статьи. Звездообразование в галактиках начинается в плотных центральных областях и постепенно распространяется наружу, поэтому чем дальше от центра, тем моложе звезды. Млечный Путь — не исключение: средний возраст звезд действительно убывает по мере удаления от центра. Но на расстоянии примерно 35 000 – 40 00

Суть противоречия заключается в том, что постоянная Хаббла — величина, описывающая скорость расширения Вселенной — напрямую связана с ее возрастом. Чем быстрее Вселенная расширяется, тем она моложе, и наоборот. Измерения, основанные на цефеидах и сверхновых в относительно близкой Вселенной, указывают на возраст около 13 миллиардов лет. А данные по реликтовому излучению — свету, оставшемуся от Большого взрыва, — дают примерно 14 миллиардов лет. Разница в миллиард лет — это уже немало. Специалисты Болонского университета и Лейбницевского института астрофизики в Потсдаме решили перевести спор о скорости расширения Вселенной в спор о возрасте и использовали для проверки простой, но мощный аргумент: Вселенная не может быть моложе самых старых звезд, которые в ней существуют. Для этого потребовалось необычное сотрудничество двух традиционно далеких друг от друга областей — космологии и звездной археологии. Основой работы стал каталог возрастов более чем 200 тысяч звезд Млечного Пути, составл

Астрономы впервые использовали гравитационные волны, чтобы косвенно оценить параметры одного из ключевых процессов термоядерного горения в массивных светилах. Именно от него зависит, какие звезды взрываются, какие превращаются в черные дыры и как во Вселенной появляются углерод и кислород — элементы, без которых не было бы ни планет, ни жизни. Ученые давно подозревали, что во Вселенной существует так называемый «провал масс» черных дыр (ЧД). Согласно теории, звезды определенной массы не должны напрямую коллапсировать в ЧД. Причина — редкий тип катастрофических взрывов так называемой парно-нестабильной сверхновой. В недрах очень массивной звезды гамма-излучение начинает порождать пары электрон-позитрон, давление падает, и светило либо частично теряет массу, либо полностью разрушается. Из-за этого должна возникать «запретная зона»: черных дыр массой примерно от 40 до 130 масс Солнца, образовавшихся из одиночных звезд, существовать почти не должно. Детекторы LIGO, Virgo и KAGRA, однако, у