Antonina Zieler

Было у царя три сына. Один умный, другой красивый, а третий – Иванушка-дурачок.

Иванушка, стало быть, возмущался поначалу, мол: - Чойта я дурачок? Я вона, интегралы решаю, да таблицу Менделеева на зубок… А царь ему: - Молчи, окаянный! Не положено царю без сына-дурака! Традиция такая! Ну? традиция, так традиция, куда ж против традиции попрешь-то? Так и жили: старшой книжки читает – делает вид, что много знает; средний в зеркало глядится – от заморских кремов лоснится; а Иван - младшой – лицом не вышел, умом не лучшОй – зато добр душой. И вот как-то созвал царь сыновей и говорит: - Вылетели шмели, найти бы цветок. Смотрят на него сыновья, никак в толк не возьмут, чего ж сказать хотят его царское величество. - Выковали ключ, отыскать бы замок. - Чо это с вами, батя? – спрашивает красивый сын. – Али браги перебрали? А царь хмурится-злится, начинает заводиться: - Набили матрац, ищите подушку! Вынесли поднос, да не видно кружки! - Вы б, царь-батюшка, поспали-полежали, - умный сын встряет, - может оно и попустит. Стресс это у вас. Красный стал царь – что та свекла, да речи своей не оставляет, все громче вещает: - Разбогатели купцы! Пора бы за товаром! Выросли молодцы! Перекинуть бы на свадебке пару чарок! - Ты никак женить нас хочешь?! – Иван догадался – ну и не мудрено, что догадался, они, дураки, задним умом-то крепкие. - Да! Олухи, ироды поганые! Жениться вам надо! Вот ты – Васька, - говорит он красивому сыну, - сколько можно царскую репутацию нам портить? Хватит уже срамным делом баловаться, пора за ум взяться. А то, ишь, повадились с красными девицами в бане париться! - А что ж с ними не попариться, когда они красные? - Ты парься-парься, а мозги не запаривай. А то у меня послы да министры люстры (хрушталь, межпрочим, натуральный!) рогами сшибают! Так гляди, бунт учинят али войну какую объявят! Шкандаль, он шкандаль и есть, что унутренний, что межнародный. Повернулся царь-батюшка к умному сыну: - А ты, Андрейка? Все книжки свои читаешь, зрение портишь, лучше б в баньку сходил с красными девицами! - Не логичны вы, батюшка, - ответствует старшой, - вон, Василия за это дело ругали, а мне предлагаете. Тем паче, скучно это – ну, с красными девицами париться, скучно и утомительно – я в умных книжках вычитал! Васька со смеху покатился, а царь только рукой махнул: - Горе от ума у тебя! А Ивану-дураку, сам Бог велел жениться. Потому что как дураку без умной жены? Вздохнул Иван, но слова супротив отца не посмел сказать. - Возьмите-ка, молодцы, луки тугие, вложите в них стрелы прямые, да стреляйте, как Бог на сердце положит. Куда стрела упадет – там и судьба ваша. - А можно я из миномета шмаляну? - Ты чё, Васёк, белены объелся? Во-первых, это суперсекретное вооружение, а во вторых на ком ты потом жениться будешь, если шмалянешь? Эт, Иван у нас дурак! А тебе чушь не положено молоть! Ну-ка взяли луки, вложили стрелы и давай-давайте!.. Чтобы без невест не возвращались! Вышли царевичи во двор, и выстрелили по разу. Упала стрела Ивана-дурака, как и ожидалось, ни в боярский, ни в купеческий двор, а в трясину-болото. А стрела Васьки-красавца, как не ожидалось, ни думалось, ни гадалось, тоже в болото полетела. - А что? Имеет человек право на промах! Я-то в купеческий двор целился. Красивый – не значит меткий. Умный сын – Андрейка, три часа прицеливался. И так лук прикладывал и этак – да всё по книжной науке, в конце концов пульнул, и полетела стрела прямиком… в болото! Охнули мамки-няньки, запричитали: - Что же тепереча будет? Все царевичи в болоте сгинут! Никто батюшке-царю продолжения династии не настрогает! Уж Ивана-дурака не жалко, туда ему и дорога. А за Васеньку с Андрюшенькой душа болит. Наши ж вы касатики, щечки розовые! Все глаза няньки выплакали по Васеньке да Андрюшке. А три царских сына тем временем на болото подались, стрелы разыскивать. - А ты, Андрюшка, - говорит Василий-краса, - еще косей меня будешь. Я-то в купеческий двор целился, а он далече – мудрено попасть. А ты ж должон был к боярской дочке метить. Знаю я тебя – ты давно на энтот союз рассчитываешь! Она хоть ни рожей, ни кожей, но зато с родословной. А боярский двор через забор – тут даже пьяная нянька Варвара вцелит! - Не знаешь ты, Васька, всей глубины моей мысли. Я древнюю книгу откопал, да пророчество великого Вангострадамуса прочел. И сказано там так: «Обретет царевич судьбу свою на болоте. Заживет опосля в богатстве да почете. Не побрезгует жабьей рожей – будет с женой пригожей!». - И чего? - А того, Василий! На что мне кривая боярышня, когда я себе на болоте прекрасную царевну найду? Обмозговал Василий, да и себе решил царевну на болоте присмотреть. Иван-дурак тоже эти речи слышал, на ус мотал. А тем временем три лягушки-квакушки стрелы поймали, щеки свеклой натерли, брови намалевали, губы силиконом накачали и сидят – женихов дожидаются. Взяли себе царевичи по лягушке, да несут домой. Андрейка – в специальной коробчонке. Васька за одну лапку перед собой несет – брезгует. А Иван за пазуху лягушку сунул – ну не дурак ли? Тут навстречу им Баба Яга – костяная нога. Страшная, как смерть. Нос крючком, зубы торчком, косая, кривая, на ногу кульгает. Идет и вещает: - Заходите, добры молодцы! Я вам погадают! Все на свете узнаю! Приворот-отворот. В любви попрет. В картах повезет. - В бубен бацает. - У меня тут акция! Три гадания по цене одного. Одно предсказание по цене двух. Подниму русский дух. Избавлю от полового бессилия! Носы отворотили Андрей да Василий. А Иван-дурак смотрит и ведется. Оно ж, дурак и аферист – как чай да баранка, как водка и огурчик – одно под другое идет. Заговорила, обкрутила, утащила Яга Ивана к себе в избушку. - Чего это ты Иван туточки на болоте забыл? – спрашивает. А Иван ей и отвечает: - Ты, вот что скажи мне, Яга, у тебя тут предпритье гадальное? - Агась, - кивает карга. - А относиться ли эта твоя хфирма к сфере услуг? - А как же! И докУменты имеются! Не подумай, Иван, что я тут супротив закону. Оброк батюшке твому, царю, плачу исправно. - Так, где услуги, там и сервис? Ну, а что у тебя на за сервис такой негодящий – как в отечественном санатории?! Ты меня не напоила, не накормила, баньку не истопила, а уже вопросы спрашиваешь! Совестно стало Яге – и вправду, позор для бизнесу. Накормила она Ивана, напоила. Баньку растопила. Стал гость раздеваться, а из-за пазухи лягушка прыг-скок. Поймала ее Яга. - Что это? – удивляется. – Средство такое? Болеешь, может чем, Иванушка, что лягушку за пазухой носишь? Давление у тебя? Али от сглаза кто присоветовал? - Это жена моя будущая! Лягушка-царевна! – говорит Иван. Яга лягушку на руке взвесила, обнюхала, обсмотрела, даже на язык испробовала. - Царевна? Если она, где и царевна, Иванушка, то исключительно в блюдах хранцузской кухни! Это я тебе как ясновидящий фольклорный персонаж говорю! Лягушка это обыкновенная, семейство бесхвостых земноводных. - Так что ж теперь, - огорчился Иван, - без жены оставаться, или с лягушкой болотной венчаться, без надежды на превращения? Не прав был Вангострадамус, получается? Закручинился Иван, буйну голову повесил. - Ты, Иванушка, не печалься, - говорит ему Яга. – Иди лучше в баню со своей печалью. Отправила париться. А сама в коморку, зелья молодильного хлебнула – стала красной девицей. А зелье у нее знатное было, трехсотлетней выдержки, девятью из десяти косметологов рекомендуемое (подторговывали они им по лицензии Яги), и ни одним пластическим хирургом не рекомендуемое – так как зелье это их последнего зароботку лишало. Еще бабка ейная, тоже Яга, зелье это заквасила, да внучке секрет передала: «Коли встретится любов настоящая, пей – не боись, навсегда красной девицей останешься. А коли обман, а не любовь, снова в каргу обратишься и более на тебя зелье не подействует». И вот поняла в тот день Яга, что как раз самая та – любов настоящая с нею и приключилась. Пошла молодая Яга к Ивану в баньку париться. Парились они три дня и три ночи, чуть баню не разваляли. А на четвертый, дым из бани коромыслом пошел – устали, закурили. - Что же мы теперь делать-то будем? Ты – Яга, я – царевич. Не благословит батюшка. Скажет: «Опять ты, дурак, лоханулся». - Ну и что, что Яга? Я уж не хуже какой жабы! У меня и приданое имеется. И родословная. Даже две! Нотариально заверенные. По материнской линии у меня-то одни Яги, ведьмы всякие. А по отцовской – всё короли да герцоги, и царь один имеется. Так что я у тебя натуральная царевна! И решили, что Иван вперед пойдет, своих подготовит, а Яга следом прилетит. Открыла Яга сундуки с приданым, набрала целый мешок злата, да мешок самоцветов. Родословную свою царскую Ивану вручила. Одежонку ему справила от модного кутюрье. И отправила жениха домой. - Если спросят тебя, где жена, скажи – скоро прилетит моя Ягушонка в коробчонке. А тем временем Васька да Андрейка поняли, что лягушки их ни в каких царевен не превращаются, караваев не пекут, ковров не ткут; что утро вечера мудренее, не говорят, тяжкие мужские проблемы за них решать отказываются. Продали они своих лягушек повару хранцузского посла, только шкурки сохранили. А вместо них взяли во дворец боярышню да купеческую дочку. Батюшке-царю Андрейка лапши навешал: мол, это в таких красавиц наши лягушки по предсказанию Вангострадамуса превратились, ибо царевны они знатные, колдунами заколдованные. А тот и поверил. И на радостях устроил царь пир. Созвал весь мир. Пришел и Иван-дурак, сел в уголочке. Молчит, нюхает цветочки. Гости едят, пьют, молодых поздравляют, счастья-здоровья желают. Заметил царь своего младшего сына-дурака и пинает ему: - Чойта ты в уголочке сидишь? Без невесты пришел! Царя опозорил! Вон, братья твои царевен нашли, а ты даже жабы болотной за себя взять не можешь. - Подожди, батя, скоро моя Ягушонка в коробчонке прискачет. Яга ж, как Иван домой подался, откатила ступу в ступосервис, прокачала до золотой колесницы. Поймала трех жарптиц и в колесницу запрягла (для понтов, стало быть). Платье себе из китайского шелка справила. И летит в таком виде к жениху. Bсех удивила, красой поразила. Ну и дальше по-всякому зажигала. И пела, и плясала, и другие шоу гостям показывала. Были у нее и озера, и лебеди, и цирк дю Солей. А что, Яга-то в галлюциногенных грибочках разбирается. Царь чудесам дивился, так развеселился, что Ивана лучшим сыном назначил – умным и красивым, и наследником сделал. А Ваську с Андрейкой в дураки разжаловал. Няньки-мамки от Яги подарки получили: кремы, помады – до чертиков рады. Иванушку поздравляют, обнимают, в уста сахарные лобызают: - Kасатик ты наш, щечки розовые! И зажили Яга с Иваном счастливо. Потoму что когда дурак за себя ведьму возьмет – счастие их неизбежно. Так еще великий Вангострадамус рёк. Автор Владислав Скрипач