мария василиади (Монахос)

Серая кошка сидела у моего подъезда третий вечер подряд. Не мяукала. Не просила есть. Просто смотрела на меня жёлтыми глазами — спокойно и как-то очень внимательно. У неё было белое левое ухо. Такое белое, будто кто-то обмакнул кончик в молоко. Я пробормотала «привет» и зашла домой. Кошка осталась сидеть. На четвёртый вечер она встала и пошла. Не в подъезд. В сторону улицы. Прошла метров пять, обернулась, посмотрела на меня. Снова пошла. Я не знаю, зачем пошла следом. Октябрь, темнеет рано, под ногами мокрые листья. Мне было незачем гулять. У меня вообще давно не было причин куда-то идти без дела. После работы — домой, кофе, диван, книга. Иногда телефон. Редко — телевизор. Жизнь была вполне сносной, упорядоченной и совершенно безрадостной. Но в тот вечер я пошла за кошкой. Наверное, потому что было больше нечего делать. Три года назад у нас с сестрой умерла мама. Это всегда звучит как событие, которое должно людей сближать. В книгах так пишут: горе объединяет. Нас оно разъединило. Не