Надежда Абанина

Марина работала со мной в одном турагентстве лет пять назад. Яркая, весёлая, всегда с идеальным маникюром и в платьях с разрезами. Потом уволилась, уехала в Анталью работать гидом. Из соцсетей я следила за её жизнью: море, солнце, экскурсии, улыбки. Год назад в её профиле появились фотографии со свадьбы. Красивый загорелый жених, белое платье, счастливые глаза. Подпись: «Выхожу замуж и остаюсь в Турции навсегда. Я дома». Через год – новый пост: «Я в Челябинске. У мамы. Больше никогда не вернусь в эту страну». Я написала ей в личку. Спросила, что случилось. Марина ответила не сразу, но когда ответила – говорила два часа без остановки. История получилась не про любовь. Про клетку. – Всё началось буквально на следующий день после свадьбы, – рассказывает Марина. – Мы проснулись, я говорю: «Мне сегодня на работу, у меня группа на Памуккале». А он: «Какая работа? Ты теперь моя жена. Жена не работает. Я мужчина, я обеспечиваю семью. Ты сидишь дома, убираешь, готовишь». Я тогда засмеялась. Дум