Вера Барановская

Алиса открыла глаза и не сразу поняла, где находится. Темнота была кромешная, густая, как будто её залили в бетон. Пахло сыростью, плесенью и ещё чем-то сладковатым — то ли бензином, то ли лекарством. Голова гудела, во рту пересохло, руки за спиной онемели от стягивающей их грубой верёвки. Она попыталась пошевелиться, но тело не слушалось — то ли от холода, то ли от того ук..ла, который ей сделали, когда тащили в машину. Последнее, что она помнила, — стоянка у торгового центра. Она вышла из спортзала, направилась к своей машине. Сзади резкий шорох, удар по голове, и темнота. Теперь она здесь. Алиса заставила себя дышать медленно, чтобы не поддаться панике. Паника — это то, что им нужно. Она дочь своего отца, а отец всегда говорил: «В любой ситуации думай, прежде чем бояться». Она прислушалась. Где-то наверху, за стенами, слышался шум ветра. Подвал? Подземелье? Потом звуки стали разборчивее: голоса. Двое или трое. Мужские, грубые. Говорили негромко, но эхо в тёмном помещении разносил